Поль Сезанн — Вид Овера

Картина Поля Сезанна "Вид Овера"

В период около 1874 года Поль Сезанн создаёт пейзаж «Вид Овера». Овер, улицы Овера – излюбленный мотив многих художников-постимпрессионистов, в том числе Поля Сезанна и Винсента Ван Гога.

Французские пейзажи кисти Сезанна отличает этюдная простота, эскизность, атмосфера живого воздуха. «Вид Овера» — мягкий пейзаж, который источает умиротворение и спокойное, размеренное течение жизни. Близко расположенные друг к другу дома заполняют картинное пространство, делая его насыщенным, отличающимся плотностью красочных слоёв, скученностью, сбитостью цветовых пятен.

Пейзаж «Вид Овера» напоминает сказочную иллюстрацию откуда-то из далёкого детства и обязательно с добрым концом. Крохотные дома с разноцветными, разновеликими крышами словно образуют собой небольшое королевство, которое населяют милые, славные жители. Это мир, в котором всегда светит солнце, от разогретой земли струится тихим потоком тепло и робким звучанием раздаются отголоски птичьих разговоров. Здесь царит тишина и лёгким потоком разливается радость точно тёплое молоко. Этот волшебный мир бесконечен, он простирается далеко за пределы картинной плоскости. Этот мир по-настоящему реален, объёмен, ясен и в него хочется верить.

Пейзажное изображение Сезанна «Вид Овера» можно сравнить с акварельной зарисовкой. Такие художественные элементы, как красочные подтёки, полупрозрачная тонировка образов, мягкая растушёвка цвета – всё напоминает технические приёмы акварельной живописи. Отсутствие детальной проработанности ещё больше усиливает ощущение полотна – эскиза, полотна – наброска. Смазанность, неясность силуэтов, обрывистость линий и предметных очертаний приближает изображение к фотоснимку, составленному из разноцветных, разрозненных кусков или фотоколлажу.

Пейзаж рисует перед нами действительность, которая расширяется, раскрывается точно пышное растение или цветок. Разрастаясь таким образом эта реальность вбирает в себя множество элементов, красок, запахов, силуэтов и контуров. От чего мир этой действительности колышется и трепещет, освобождая окружающий мир от скованности, серости, скучной однотипности. Разнообразная фактура неба, неровностей рельефа придаёт картине живое звучание, искреннюю глубину переживания, присущую жизни фрагментарность и динамичность.